19 янв. 2013 г.

Юлия Тимошенко в больнице

Я прочитала по просьбе главного редактора Еврейского Киева Элеоноры Гройсман статью в Украинской правде об изгнании женщин-депутатов из тюремной больницы, где находится бывший премьер-министр Украины заключенная Юлия Тимошенко. 
Тема эта больная. Нам в Израиле, как и нашим коллегам- политикам во всей Европе, очень неприятно и грустно, что первый премьер-министр Украины - женщина осуждена за экономические преступления. Время от времени международные каналы приносят тревожные известия о лишениях, побоях и болезнях, которые происходят с ней в тюрьме.
В моей памяти она осталась такой, какой мы ее видели в Израиле несколько лет назад, когда ее принимала спикер кнессета Далия Ицик - статной красавицей с косой, обернутой вокруг головы. 
Украина - суверенная страна с собственной судебной системой и вмешиваться во внутренние отношения ни у кого нет права и желания. Тем не менее, если Вы меня спрашиваете, возможно ли в Израиле выбросить трех женщин -депутатов ночью, раздетых, причем каждую выносить из комнаты будут шесть мужчин, нет невозможно. Депутаты обладают неприкосновенностью, и раз их впустили в тюремную больницу, значит и там они ею обладают, в том числе и личной неприкосновенностью. Естественно, что парламент, женские и религиозные организации Израиля не позволили бы мужчинам прикасаться к неодетым женщинам, и тем более выбрасывать их на асфальт. У нас, когда происходила эвакуация Газы, то женщин- поселенок выносили женщины-солдаты. С этим играть никто не смеет, может упасть правительство.
Как же нам помочь самой Тимошенко? Мне кажется, что международные и национальные женские организации должны обратиться с просьбой помиловать ее к правительству Украины. Мы с Вами , Элеонора , можем сделать это в рамках Израиля после выборов. Как мне кажется, женщины Украины должны просить о заступничестве за Тимошенко у религиозных авторитетов страны. Молчать нельзя!!!


12 янв. 2013 г.

Денацификация Украины не закончена

Я часто заглядываю на страницы Еврейского Киева. Кратко, интересно, всегда имеет отношение к Украине и евреям. Мои дорогие покойные родители родились и до войны проживали отец - в Хмельнике Винницкой области, а мать в Каменец-Подольске. Потом они жили в Москве, но вспоминали эти города, я не преувеличиваю, как лучшие на свете.
Отец оставил воспоминания о годах оккупации, и они сейчас находятся в архивах израильского мемориального комплекса Катастрофы - Яд Вашем.
Ни партий, ни людей, которые подняли сейчас возню с использованием старых, оскорбительных наименований меньшинств, проживавших на Украине до Второй мировой войны и сейчас, я не знаю и не хочу знать. Слишком много чести. Жид, лях, кацап и хохол- это из прошлых веков. У нас в Израиле - одна из самых крупных общин исхода - украинские евреи . В определенной степени- это ответ на то, что происходило в 1941-1944гг., когда фашисты и их местные пособники осуществляли геноцид моего народа. Да не все были фашистскими холуями. Одно из первых дел, которые мой отец сделал, приехав в 1991 г. в Иерусалим, заполнил документы на присвоение звания Праведник мира украинской женщине, ткачихе, как и мой дед, Саше Полищук, которая их спасла в годы войны. 
Конечно, естественно что проживающие на Украине евреи, а также выходцы из этой страны в Израиле и других странах мира, протестуют против появившихся в украинском парламенте недоносков. Но, правильнее, если в этом деле точку поставят избранная украинская власть и местные суды. Борьба с антисемитизмом это не борьба евреев, это борьба граждан и институтов власти демократического государства. На мой взгляд, во многих постсоветских странах, включая Россию, денацификация, в отличие от Германии, не доведена до конца.

6 янв. 2013 г.

Шкатулка стихов. Январь 2013 г. Евгений Евтушенко

Купила по традиции новую книгу стихов Евгения Евтушенко "Счастья и расплаты. Стихи 2011 и 2012 гг. М.,Эксмо, 2012. Говорю по традиции, потому что у меня семейные причины для покупки его стихов. Первый раз я увидела газетную вырезку с его стихотворением "Бабий яр" у моего деда в подмосковном поселке Томилино в 1961 г. Затем, когда газетная вырезка стерлась, дед, который почти не писал по-русски ( говорил на идиш, а молился на иврите) собственноручно переписал стихи в обычную школьную тетрадку, которую часто раскрывал и смотрел. Они с отцом пережили оккупацию в еврейском городе Хмельник на Украине. Про гетто, ликвидации и расстрелы они оба не рассказывали. Но дед иногда по ночам страшно кричал, от чего просыпался весь дом. И все в доме знали, почему он так кричит.


Второй раз Евтушенко сыграл важную роль в жизни моей семьи уже в Израиле. Моя дочь приехала в Израиль в возрасте 8 лет. Как и все наши дети трудно вживалась в новые условия, и на каком -то этапе сказал мне, что не хочет больше ни читать , ни говорить по-русски. Мои разъяснительные беседы о культуре, корнях и прочем мало помогали, пока я не догадалась начать ходить вместе с ней на театральные или стихотворные вечера артистов и поэтов, приехавших из России. Один такой вечер, на котором Евтушенко читал свои стихи и рассказывал связанные с ними истории, продолжался целых три часа. Это было у нас в Ашкелоне в 1995 году. Впечатление было настолько сильно, что после этого вечера дочь согласилась посещать частные уроки русского языка и литературы. А сейчас заканчивает вторую степень по-лингвистике с основными языками от арабского и арамейского до иранских языков.


В 2007 году Евгений Евтушенко приезжал к нам в Кнессет в связи с тем, что мы , как комиссия Кнессета по алие и абсорбции , по инициативе ее председателя профессора Михаила Нудельмана выдвинули его на Нобелевскую премию по литературе. Он ее не получил, т.к., видимо у Нобелевского комитета другие критерии, куда не может входить Бабий яр, написанный в 1961г. Когда слова еврей и Катастрофа были не политически корректными в СССР. Но у нас была чудесная возможность подписать у него книги стихов и пообщаться с ним. Я подписала сборник Между городом ДА и городом Нет, 2006 года.

Из нового сборника я выписала только одно стихотворение и один эпиграф к статье о незнакомом мне поэте Кате Яровой. Стихотворение - вот оно: Я мир не делю на талантливых или бездарных,/ а на благодарных или неблагодарных./ Лишь с чувством жизни как драгоценности,/ душа остается и в драках в целостности. Оно очень созвучно моим убеждениям. Про эпиграф из Кати Яровой напишу в другой раз. О безвремении 70-х. Это очень тяжелая и обширная тема. И нужно привлечь стихи других поэтов, например, Губанова.